Спасибо брат!

59 подписчиков

Свежие комментарии

  • Михаил Афонин
    мы помним5 ноября 1999 года.
  • Михаил Афонин
    всё так братГРИГОРЬЕВ Владими...
  • Михаил Афонин
    спасибо брат30 ноября 1999 года.

Бадабер - как это было тогда.

Бадабер - как это было тогда.

                                                                                                                                                        Юлия Калинина


       Есть в военной истории моменты слабо освещенные в прессе и не попавшие в общедоступные книги или просто забытые нами. О Бадаберском востании на территории Пакистана в 1985 году в самый разгар военного присутствия советских войск на территории Афганистана помнят не многие, за исключением самих воинов-интернационалистов. Вот об этом событии мне бы и хотелось напомнить, к тому же приближается его годовщина - прошло уже почти 22 года.

Материал взят с сайта журнала "Офицеры" №5 за 2006 год. «Чтобы хоть день свободными прожить...» Роман ШКУРЛАТОВ 26 апреля 1985 г. группа пленных советских солдат и военнослужащих вооруженных сил Демократической Республики Афганистан подняла бунт в бадаберской тюрьме. Захватив склад с оружием, они больше суток держали оборону. Предложение лидеров боевиков о добровольном прекращении сопротивления восставшие отвергли. В результате штурма тюрьмы все узники погибли. Имена героев, которые предпочли смерть в заведомо неравном бою позорной неволе, страна узнала лишь спустя несколько лет.
Сегодня на месте крепости Бадабер, что примерно в двух десятках километров южнее пакистанского Пешавара, практически ничего нет. Фрагменты сильно обветшавшей глинобитной стены, развалины нескольких одноэтажных кирпичных строений, ворота, которые никуда не ведут… Между тем у этого клочка выжженной солнцем земли богатое прошлое. Крепость, построенная американцами еще в 60-е годы прошлого века,
поначалу была филиалом разведцентра пакистанской резидентуры США. Именно отсюда, с секретного аэродрома, отправился в свой последний полет над СССР самолет-шпион U-2, пилотируемый американским летчиком Пауэрсом. Зиндан для неверных С началом войны в Афганистане здесь обосновался учебный центр моджахедов. Боевиков готовили к партизанским действиям против частей и подразделений Советской армии. Именно к этому периоду относятся трагические события, полная правда о которых на протяжении долгого времени старательно замалчивалась. На первый взгляд, лагерь беженцев в пуштунском селении Бадабер ничем не отличался от десятков других, разбросанных вдоль афгано-пакистанской границы: глинобитные мазанки и видавшие виды армейские палатки, в которых проживало несколько тысяч человек, скученность, антисанитария. Но главным предназначением лагеря было отнюдь не размещение бежавших от ужасов гражданской войны людей. На протяжении нескольких лет в Бадабере под гуманитарным прикрытием действовал центр военной подготовки мятежников, принадлежавший контрреволюционной афганской партии «Исламское общество Афганистана» – одной из самых влиятельных и крупных оппозиционных организаций. В ходе 10-летней войны ИОА доставляла немало хлопот и Кабулу, и советскому командованию. Именно ее представителями были Ахмад Шах Масуд на севере и Исмаил-хан на западе, а лидер ИОА Бурхануддин Раббани после победы талибов в 1992 г. стал первым главой Исламского Государства Афганистан. К борьбе исламисты подходили серьезно. Юных моджахедов специально вывозили в Пакистан и там основательно обучали тактике партизанских действий, искусству стрельбы, умению устраивать засады, ставить мины-ловушки, маскироваться, работать на разного типа радиостанциях. В учебных центрах (полках), расположенных в окрестностях Пешавара, могли одновременно обучаться до 5 тыс. человек. Эти «университеты» действовали непрерывно на протяжении всей войны. Ближе всех к лагерю беженцев базировался учебный полк Святого Халеда-ибн-Валида. Внутри охраняемого периметра размещались несколько одноэтажных домов, скромная мечеть, футбольное поле, волейбольная площадка, склады с оружием и боеприпасами. За полугодовой курс обучения «науку побеждать» здесь осваивали порядка 300 боевиков. Возглавлял центр майор вооруженных сил Пакистана, методическую помощь ему оказывали несколько американских советников. Помимо этого в штате состояло более полусотни инструкторов по военному делу из США, Китая, Пакистана, Египта. Особой зоной крепости считались также три подземных тюремных помещения, так называемые зинданы. По разным оценкам, к апрелю 1985 г. здесь содержалось до 40 афганских и 12 советских военнослужащих. Первых пленных в Бадабер стали привозить ближе к середине 80-х. Не секрет, что контрреволюционеры, подогреваемые религиозным фанатизмом мулл, проявляли по отношению к нашим солдатам изуверскую жестокость, пленные часто находились в ужасных, нечеловеческих условиях. Документальных примеров тому немало, и Бадабер исключением не был. Здешний комендант Абдурахман за малейшую провинность избивал узников плетью со свинцовым наконечником, заковывал их в цепи и кандалы, от которых на руках и ногах гноилась не только кожа, но и кости, посылал на работы в каменоломню. По другим свидетельствам, пленных долгое время морили голодом, давая лишь очень соленую пищу и глоток воды в сутки. Последний салют Картина того, что произошло в крепости Бадабер, складывалась постепенно, на протяжении нескольких лет. Информация, порой весьма противоречивая, поступала по каналам различных ведомств и общественных организаций – Министерства иностранных дел и Службы внешней разведки Российской Федерации, Главного разведывательного управления Генерального штаба ВС РФ, а также Комитета по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств государств – участников СНГ. В результате титанической работы сотен людей, буквально по крупицам собиравших разрозненные данные, приблизительная хронология событий была восстановлена. Все началось около 18 часов по местному времени. Группа советских и афганских военнопленных, примерно 24 человека, предприняла вооруженное выступление с целью вырваться из душманского плена.

Момент был выбран не случайно: весь личный состав учебного центра построился на плацу для вечерней молитвы, а из 70 охранников на своих постах остались только двое. Как вспоминал позже лидер ИОА и бывший президент Афганистана Б. Раббани, сигналом к восстанию послужили действия одного из советских солдат. Крепко сложенный парень сумел разоружить надзирателя, принесшего похлебку. Затем боец открыл камеры и выпустил на свободу других узников, в том числе и афганцев.

Завладев оружием, которое оставили охранники, восставшие стали с боем пробиваться к воротам тюрьмы. По некоторым данным, их главной задачей было добраться до радиоузла крепости, чтобы выйти в эфир и сообщить о своем местоположении. Столь громкая акция позволила бы послу СССР в Исламабаде выступить с нотой протеста и привлечь внимание мировой общественности. К тому же это был весомый аргумент, подтверждающий вмешательство Пакистана в афганские дела. Удалось ли участникам восстания осуществить задуманное, неизвестно, но склад с оружием и боеприпасами спустя несколько минут оказался под их контролем. Вооружившись, пленные заняли выгодные для боя позиции. На крыше были установлены крупнокалиберные пулеметы и минометы М-62, приведены в боевую готовность ручные противотанковые гранатометы. Но к этому моменту территория учебного центра уже обезлюдела: среди пленных нашлось несколько предателей, которые в начавшейся суматохе перебежали на сторону душманов и предупредили их о намерениях восставших. Забаррикадировавшись в одной из глинобитных башен, советские и афганские военнослужащие заняли оборону. Очень быстро прилегающий к лагерю район был блокирован отрядами афганской оппозиции, пакистанских малишей, а также пехотными, танковыми и артиллерийскими подразделениями 11-го армейского корпуса ВС Пакистана. Прибывший к месту событий Раббани с помощью громкоговорителя и телефонной связи вступил в переговоры с восставшими. Пленники потребовали организовать им встречу с советским послом, представителями ООН или Красного Креста. Исламисты их условие проигнорировали, в свою очередь предложив узникам сдаться. Услышав категорический отказ, Раббани, по согласованию с пакистанскими военачальниками, отдал приказ о штурме тюрьмы. Защитники крепости плотным прицельным огнем отразили первую атаку. Бой, то затухая, то разгораясь, продолжался всю ночь. И хотя силы были явно не равны, сломить оборону советских и афганских военно-пленных моджахедам не удалось. К 8 утра стало окончательно ясно, что сдаваться восставшие не собираются. Более того, сопротивление становилось все более ожесточенным. Одним из гранатометных выстрелов со стороны крепости едва не был убит сам Раббани, и серьезные осколочные ранения получил его телохранитель. Руководивший операцией лидер ИОА принял решение бросить в бой все имевшиеся силы и средства. Против обороняющихся были применены артиллерия, в частности реактивные системы залпового огня «Град», танки и даже звено вертолетов ВВС Пакистана. Радиоразведка 40-й отдельной армии зафиксировала радиоперехват разговора между их экипажами и авиационной базой, а также доклад одного из пакистанских военных летчиков о нанесении по лагерю бомбового удара. В результате прямого попадания снаряда сдетонировали хранившиеся на складах боеприпасы. Первый взрыв был такой силы, что осколки разлетелись в радиусе нескольких километров. За ним последовало еще несколько десятков разрывов. В чужое небо, словно последний салют героям Бадабера, взметнулись сотни горящих снарядов и мин. Казалось, что в огненном аду не смог выжить никто. Но даже после того как стены были разрушены и в крепость ворвались озверевшие моджахеды, бой продолжался. Раненые и обожженные советские воины встретили врагов автоматными очередями. Моджахеды забросали их гранатами, умирающих добивали штык-ножами. «Русских в плен не брать!»

После подавления восстания в Бадабер был заброшен тайный агент разведцентра «Шир» МГБ Афганистана. Подробности его доклада, а также информация, предоставленная ГРУ ГШ ВС СССР произвели сильное впечатление на советское военное руководство. В результате штурма тюрьмы все пленники погибли. Противник также понес ощутимые потери: около 100 моджахедов, шесть иностранных советников, 13 представителей пакистанских властей, 28 офицеров ВС Пакистана. Были уничтожены 3 РСЗО «Град», примерно 2 млн ракет и снарядов различного типа, около 40 арторудий, минометов и пулеметов. Взрыв и возникший затем пожар уничтожили ряд построек, в том числе и тюремную канцелярию, в которой, кроме всего прочего, хранились документы со списками узников. Бадаберский инцидент вызвал озабоченность пакистанской администрации, а также руководства афганской непримиримой оппозиции. 29 апреля лидер Исламской партии Афганистана Гульбеддин Хекматияр передал по радио шифрованное циркулярное указание всем подчиняющимся ему бандформированиям, в котором потребовал усилить охрану советских военнопленных в связи с тем, что в Бадабере «среди братьев были убитые и раненые». В приказе командующим фронтами ИПА также редписывалось «впредь русских в плен не брать, а уничтожать на месте захвата». В тот же день на месте происшествия побывал губернатор северо-западной пограничной провинции генерал-лейтенант Фазл Хак. Учитывая всю серьезность случившегося под Пешаваром, район посетил президент Пакистана Зия-уль-Хак, который без обиняков потребовал от командиров афганских формирований исключить повторение подобных инцидентов. Пакистанцев беспокоило также, что случившееся подтверждало нахождение на пакистанской территории советских военнослужащих, захваченных в ДРА. Для того чтобы предотвратить утечку информации, официальный Исламабад принял все необходимые меры. В частности, Раббани было предложено сделать официальное заявление, что в районе Бадабера произошло вооруженное столкновение между двумя враждующими группировками его организации. Рядовым моджахедам их командиры приказали молчать под страхом смерти. Кроме этого в район запретили въезд посторонним лицам, а тираж пешаварского журнала «Сафир», опубликовавшего заметку о восстании, был полностью конфискован и пущен под нож. Однако все случившееся в Бадабере все-таки получило огласку. Шутка ли, артиллерийская канонада была слышна даже в Пешаваре! Уже 2 мая многие телеграфные агентства со ссылкой на своих корреспондентов в Исламабаде сообщили о неравном бое, который вели советские и афганские военнослужащие в Пакистане. Даже радиостанция «Голос Америки» 4 мая передала, что «на одной из баз афганских моджахедов на территории Пакистана в результате взрыва погибло 12 советских и 12 афганских пленных». Факт вооруженного выступления в Бадабере подтвердил и посетивший 9 мая 1985 г. советское посольство в Исламабаде представитель Международного Красного Креста Дэвид Деланранц. Спустя еще два дня посол СССР в Исламабаде заявил Зия-уль-Хаку решительный протест советского правительства. В заявлении внешнеполитического ведомства указывалось: «Советская сторона возлагает всю ответственность за произошедшее на правительство Пакистана и ожидает, что оно сделает надлежащие выводы насчет последствий, которыми чревато его соучастие в агрессии против ДРА и тем самым против Советского Союза…». С протестом выступило и руководство Афганистана. 16 мая постоянный представитель ДРА при ООН М. Зариф направил письмо на имя генерального секретаря этой организации, которое было распространено в качестве официального документа Генеральной Ассамблеи Совета Безопасности. Увы, никаких других шагов, кроме декларативного заявления, правительство СССР так и не предприняло. Партийные боссы не желали признавать, что в лагерях афганской оппозиции содержатся советские военнопленные. Ведь по официальной версии ограниченный контингент советских войск не  участвовал в боевых действиях, а оказывал «интернациональную помощь братскому народу»: строил школы, больницы, детсады и дороги, сажал деревья и рыл арыки. А если нет войны, то откуда взяться военнопленным?..  Вернуть героям имена Граждане Советского Союза о трагедии под Пешаваром узнали лишь спустя месяц. 27 мая 1985 г.

Картина дня

наверх